Ламповый

Он долго греется — как старый человек,
что шарит в темноте рукой по стулу.
Потом щелчок. Шипение. Разбег
далёких станций — и волна качнула

чей-то прогноз, футбол, романс, смешок
из девяностых, из Казани, из Ростова.
Я подкручу верньер на волосок —
и вдруг поймаю то, что не имеет слова.

Ему полвека. Мне — чуть меньше. Мы
одной породы: тёплые, с гудением,
и оба ловим что-то из зимы,
которой нет. И слушаем с терпением.